Ботанический сад-институт

Первый «слой» Ботанического сада, который открывается гостю, — фасад здания, выстроенное из тех же кирпичей, что и знаменитое сооружение Института биологии моря (ныне – Национальный научный центр морской биологии Дальневосточного отделения Российской Академии наук). Это фактически научный штаб, благодаря которому осуществляются все важнейшие процессы, ради которых и создаются ботанические сады во всем мире: документация, культивация, селекция… Более 5 800 наименований растений насчитывает коллекция владивостокского БотСада, 183 000 образцов гербария — и большая их часть оцифрована, доступна на сайте любому посетителю.

Дело в том, что Ботанический сад — это не просто место; это часть научного «муравейника» планетарного масштаба. Почти 1 500 официально признанных ботанических садов трудятся, изучая растительные системы во временной перспективе от секунд до миллионов лет и в пространстве от нанометров до тысячи километров. Эта работа включает и анализ изменения климата, и моделирование распространения видов, и изучение сельскохозяйственных культур (чтобы завтрашний день не стал днём голода) и даже стратегические рекомендации по озеленению городов.

Допустим, наука — дело профессионалов и энтузиастов. Но познание в широком смысле — личная задача каждого из нас. Дельфийский завет гласит — «Познай самого себя». Как это сделать, не познав свою связь с природой? Горожане идут в Ботанический сад на свидания и на экскурсии, с друзьями и с детьми. Но, кроме досуга и фотографий в листве, получают что-то гораздо большее.

От увитого лозой лабораторного здания разбегаются аккуратные дорожки, очерчивают границы грядок, уводят к японскому саду, к оранжерее, к кольцам экотропы, площадкам для наблюдения за листвой.

Дальше лес становится гуще. Вокруг — искривлённые деревья, совсем непохожие на пейзаж Сибири и европейской России. Влажные запахи и вовсе напоминают о близости тропиков. Этот особенный природный профиль — неспроста. Когда-то Сихотэ-Алиньская гряда не пустила сюда ледники, и этот лес помнит времена, которые мы зовём доисторическими.

Здесь можно увидеть колючий калопанакс — символ Приморья; попытаться отыскать семь видов кленов и научиться их различать; узнать, как пахнет лист маньчжурского ореха весной, если потереть его пальцами. Наконец, выйти к Розе ветров, к большому водохранилищу.

Есть мечта, чтобы этот лес (в своем оберегаемом статусе) продолжал расширяться. Так, директор Ботанического сада Павел Крестов и директор Музея Арсеньева Виктор Шалай мечтают вслух: например, объединить территорией единого национального парка — форты Владивостокской крепости и охраняемую лесную территорию от Ботанического сада до бухты Стеклянной.

За деревом следует дерево, за каждой смелой мечтой следует ещё более смелая.